Архитектура. Выпуск 2. Сегодня А.Н. Нургалиев продолжает развивать тему формы.
АРХ_ФОРМА_продолжение
Сегодня продолжим говорить об архитектурной форме, на примере самой передовой эпохи в отечественной архитектуре - советского авангарда (СА).
Если архитектура классики – это архитектура покоя, статики, стремления к гармонии, то вся архитектура СА – это архитектура движения, динамики. Она не только шагает в ногу со временем, но и содержит скрытое движение, напряжение в самой себе. Отказ от классики не только в части детали, декора вообще, но и в части ее статики, на которую ключевым образом влияла симметрия. Ритм задается не деталью, а крупными формами, выступающими горизонтальными и вертикальными элементами, консолями, межэтажными поясами, и др. Также широко используется сочетание остекленных и глухих поверхностей, сплошных витражей и больших участков перфорированных окнами стен.
Одним из самых известных исследователей архитектурной формы является советский архитектор Илья Голосов. В поисках собственного языка для выражения современной, передовой архитектуры он разработал теорию “архитектурных организмов”, которая легла в основу всего его творчества.
Суть метода в сочетании крупной формы и построении иерархии. Здесь субъективная форма (СФ) — выражает общую идею сооружения, стоит на первом месте, а объективная формы (ОФ), выражает содержание части сооружения.Декор же, будучи второстепенным и наносным, является не обязательным. Именно поэтому метод работал вне зависимости от стиля, в котором мастер проектировал. Если в 20-е г.г. 20 века это был стиль чистых форм, свободных от декора, названный символическим романтизмом, то позже, уже в 30-е г.г., это был стиль ар-деко.
Илья Голосов, наряду с такими архитекторами как, например, Алексей Щусев, был универсальным мастером.
Уникальность теории Голосова именно в ее универсальности, в отсутствии строго определенного, жесткого набора приемов. Она не столь радикальна, как теории многих архитекторов того времени, сторонников исключительно конструктивизма. Его исследование не только решает задачи своего времени, оно одновременно и ретроспективно, и перспективно. В конечном счете, опирается на классику, не отказываясь от ее основ, таких как ордерная система.
Возможно поэтому Константин Мельников, увидев работы И. Голосова, сказал: "Вся история архитектуры - это борьба призмы с цилиндром".
Показательным для иллюстрации метода является одно из самых узнаваемых зданий СА, московский клуб им. Зуева. В отличие от многих проектов того времени, был реализован, и существует до сих пор как театральная площадка, правда с некоторыми переделками.
Здесь мы можем видеть воплощение теории архитектурных организмов, включающее частый для архитектуры СА прием – угловой остекленный цилиндр. Он и является основным элементом, подчеркивая что здание стоит на перекрестке улиц. Несмотря на свою легкость, он преодолевает сопротивление, и “прорастает” сквозь мощный пояс высотой в этаж, который, в свою очередь, объединяет и собирает здание по горизонтали. Сверху цилиндр накрыт относительно тонкой плитой, которая контрастирует с поясом, как бы не может полностью остановить его. Таким образом, сохраняется потенциал движения вверх.
Наследие И. Голосова, как и всего СА, обладало огромным потенциалом, и легло в основу современной зарубежной и отечественной архитектуры. Метод И. Голосова, создающий динамику и напряжение во взаимоотношении крупных объемов, может быть применен и в частном строительстве, и не только для стилей, исповедующих архитектуру модернизма, чистой формы, таких как минимализм, функционализм, рационализм, конструктивизм, скандинавский стиль, но и того же ар-деко, и др.